Рассказ о командире гарнизона Малых Аджимушкайских каменоломен М Поважном

Михаил Григорьевич Поважный
Командир гарнизона Малых Аджимушкайских каменоломен

«Так вышло, что, пройдя гестапо, фашистские тюрьмы и лагеря смерти, я остался жив. Может, для того, чтобы рассказать молодым обо всём, что пришлось нам пережить, о зверином облике фашизма, о стойких и смелых своих товарищах, сражавшихся на керченской земле в каменоломнях Аджимушкая».
(М.Г. Поважный)

Первым, оставившим воспоминания о М.Г. Поважном, стал замечательный военный историк Всеволод Абрамов.
«Жил он в старом бараке и занимался заготовкой утиля. Жены у него не было, но он имел сына-подростка, прижитого им от какой-то женщины, которого он необыкновенно любил и баловал. Из его документов и рассказов я понял, что постоянной жены у него никогда не было, но все время были женщины, с которыми он сожительствовал. Правда, когда в Керчи он стал известной личностью, он женился вполне официально. Я нашел Михаила Григорьевича тогда, когда его еще никто не признавал как командира подземного гарнизона, хотя его имя стало уже появляться в центральной печати, но крымская печать о нем упорно молчала.

 

В поисках жилья М.Г. Поважного я долго ходил под дождем и сильным ветром, которые часто бывают в Керчи зимой и весной, по поселку Арщинцево (Камыш-Буруну). Сильно промокшим, я представился М.Г. Поважному Он очень обрадовался, что его «наконец-то посетил военный товарищ из центра». Видя мой жалкий вид, сразу же побежал в магазин и принес бутылку «для сугрева». М.Г. Поважный мне сразу понравился, я у него даже заночевал. Когда он разделся перед сном, я залюбовался его молодым, совершенно юношеским телом. Только морщины на лице выдавали в нем пожилого человека. Мне говорили, что некоторые люди после длительной голодовки становятся внутренне здоровыми, потом мало болеют, но умирают быстро, можно сказать на ходу.

 

Потянулись разговоры, воспоминания, которые я подробно записывал, сохранилось у Михаила Григорьевича и несколько листков с датами пленения и пребывания в фашистских лагерях и тюрьмах. М.Г.Поважный был бодр, оптимистически настроен и вполне доволен жизнью. Он был очень похож на старого, дореволюционного солдата в отставке, еще крепкого, деятельного, считающего, что лучшая часть жизни у него еще впереди. Потом я узнал, что в своем окружении он пользовался авторитетом, в партии не состоял, но активно участвовал в общественной работе, много лет был председателем товарищеского суда при домоуправлении, ему неоднократно грозили местные хулиганы, даже били, но он упорно продолжал выполнять обязанности «судьи», ибо был уверен, что этим может принести «пользу обществу». Только в разговоре о своей работе пожаловался: «Вот приказали мне собрать тонну битого стекла, а где я его возьму, придется по помойкам лазать». Он тщательно следил за своим видом, был не только чисто выбрит, но и красивые усы у него были нафабрены. Рост у него был ниже среднего, приземистый, про таких людей говорят: «старичок-боровичок». Волосы аккуратно подстрижены, курчавились, было понятно, что и в этом возрасте (в 67 лет) он пользовался успехом у женщин.

 

После исторической конференции в честь 25-летия начала обороны Аджимушкайских каменоломен в мае 1967 г. положение М.Г.Поважного в Керчи резко изменилось. Его признали. Во время одного из приездов он мне с гордостью сказал, что теперь он работает «лектором». «Работа очень хорошая, меня постоянно приглашают читать лекции в школы, в совхозы, на промышленные предприятия и платят хорошо». Михаил Григорьевич высокой эрудицией не отличался, но выступал в духе хорошего политрука военного времени: очень эмоционально, толково и доходчиво, любил ввернуть в свою «лекцию» и что-то юморное. В личных беседах отличался непосредственностью, критическим отношением к себе, но постоянно подчеркивал, что «был командиром подземного гарнизона Малых Аджимушкайских каменоломен с самого начала и оставался таковым до самого конца». Для «парадного случая» и «лекторской работы» приобрел военный китель, брюки, армейские офицерские сапоги. С удивлением и восторгом узнал из архивных источников, что в мае 1942 г. ему было присвоено звание «капитан», но приказ из-за немецкого наступления до него не дошел. Он получил благоустроенную квартиру, в ней был образцовый порядок, все стены были украшены грамотами, почетными адресами, сувенирами. Позже он стал получать персональную пенсию».

 

Студенческий клуб имени П.М. Ягунова много лет ухаживает за могилой М.Г. Поважного. Ежегодно 2 раза в год, в апреле и в конце октября (последние дни обороны Аджимушкая) я со студентами Керченского политехникума прихожу на могилу командира гарнизона Малых Аджимушкайских каменоломен, отдавая дань памяти героям 1942 года в лице их командира, нашедшего покой на центральном кладбище г. Керчи, а скольким героям керченская степь от моря до моря так и останется последним пристанищем…
Неожиданно в декабре 2009 года с нами связались невестка и внуки М.Г. Поважного. В Евпатории сегодня проживает сын Михаила Григорьевича, с которым Клуб начал переписку. В одном из писем Михаил Михайлович постарался ответить на мои вопросы.

 

Поважный Михаил Григорьевич родился в г. Краснокутске Харьковской области в 1897 году. Образование имел 3 класса церковноприходской школы. С мая 1916 г. по февраль 1917 г. воевал под Ригой с немцами в составе 173-го Каменец-Подольского полка. С февраля 1919 г. по октябрь 1920 г. участвовал в Гражданской войне, воевал с повстанцами Махно и Антонова. Будучи курсантом, в составе бригады Котовского участвовал в разгроме банды «зеленых». В 1921 г. после окончания 51-х пехотных курсов в Харькове служил в Красной Армии на командирских должностях. В службе имел скромные показатели, часто получал замечания от старших начальников. Михаил Григорьевич с юмором рассказывал о себе: «Бывало, вызовет меня командир и начнет выговаривать мне нотацию такими словами: «Товарищ Поважный, служите Вы неважно...» В 1935 г. М.Г. Поважный был уволен из армии как неперспективный в будущем командир. Думается, что тогда руководство не разглядело в нем хорошего командира среднего звена, подобно офицеру-артиллеристу Тушину, описанному Л. Н. Толстым в романе «Война и мир». М.Г. Поважный, как и Тушин, был очень скромен, незаметен, «боящийся начальство», но очень добросовестен, честен, хорошо знал свое дело. Такие командиры, как правило, близки к солдатским массам, а потому у подчиненных пользуются авторитетом. Поважный всю жизнь имел качество, которое называют «военная косточка». Это было видно всем. Он всегда был дисциплинирован, опрятен, собран и общителен. После увольнения из армии он сразу же нашел себя в хозяйственной работе в Севастополе (Перед самой войной работал начальником снабжения завода Инкерманских вин. В последней должности, до войны, был начальником секретного отдела Таврического округа в Севастополе.), откуда и был мобилизован 20 июля в 1-й запасной полк. В начале марта 1942 г. он был назначен командиром батальона 83-й бригады морской пехоты, в боях на Акмонайском перешейке был ранен и после госпиталя опять оказался в 1-м запасном полку.

 

На подступах к Аджимушкаю оборону держала группа из 1-го запасного полка Крымского фронта под командованием майора А.Г. Голядкина и старшего батальонного комиссара А.Н. Елисеева. Полк был сформирован еще осенью 1941 г., он тогда входил в состав 51-й армии. Постоянный состав полка состоял в значительной степени из выходцев Крыма. Приказ на оборону 1-му запасному полку здесь отдал лично С.М.Буденный, прилетевший на самолете из Краснодара. Вызвав А.Г. Голядкина и А.Н. Елисеева, он потребовал: «Приказываю Вам, во что бы то ни стало задержать фашистов. Чем дольше Вы здесь продержитесь, тем больше Вы задержите гитлеровцев, а значит и больше удастся нам переправить на Большую Землю людей. Останавливайте отходящих одиночек и мелкие группы бойцов и командиров, сколачивайте из них подразделения. По возможности Вас будем усиливать».
15 мая в результате минометного обстрела был ранен А.Г. Голядкин. Раненого санитары уложили в конную повозку, он вызвал командира батальона М.Г. Поважного и приказал принять командование 1-м запасным полком. В полку было довольно много личного состава, не годного к строевой службе, был батальон выздоравливающих (это были бойцы, возвратившиеся из госпиталей), подразделение девушек-связисток. Поступило распоряжение всех этих людей отправить на переправу с целью эвакуации на Тамань. Вести эту массу людей было приказано политруку В.М. Огневу. С наступлением темноты людей стали выводить из каменоломен. Огнев благополучно вывел колонну к Керченскому проливу и с ней в ту же ночь был переправлен на Таманский полуостров.

 

Штаб 1-го запасного полка располагался в Малых Аджимушкайских каменоломнях, расположенных от Центральных примерно в 250–300 м. Здесь же располагалась санчасть полка, продовольственный склад и некоторые подразделения. Это обстоятельство привело к тому, что здесь после окружения возник другой гарнизон, частью которого продолжал командовать старший лейтенант Поважный. Другая часть личного состава этого полка оказалась в Центральных каменоломнях. Единого подземного гарнизона в Малых Аджимушкайских каменоломнях, как в Центральных, где командовал П.М. Ягунов, не сложилось. Здесь образовались, по крайней мере, три группы, во главе которых стояли подполковник С.А. Ермаков, старший лейтенант М.Г. Поважный и капитан С.Н. Барлит. Видной фигурой в обороне этих каменоломен был батальонный комиссар М.Н. Карпекин, который во время арьергардных боев восточнее Керчи был послан в район каменоломен генерал-лейтенантом Д.Т. Козловым в качестве представителя штаба фронта и политуправления. Образованность С.А. Ермакова, его рабочая и общественная закалка, стремительный рост в воинских званиях затмевали скромный послужной список Михаила Григорьевича Поважного. С.М. Ермаков, старший по званию в Малых Аджимушкайских каменоломнях, был самолюбив, несколько высокомерен и поэтому сразу же не понравился М.Г. Поважному и С.Н. Барлиту. Из старших начальников командовать здесь его никто не назначал, он оказался в каменоломнях случайно. Его группа была небольшая, и поэтому ему было не на кого опереться. К тому же у него не было совершенно продовольствия, и он вынужден был стоять «на довольствии» сначала у С.Н. Барлита, а затем у М.Г. Поважного. Все эти причины повлияли на то, что в этих каменоломнях не сложился гарнизон с крепким единым командованием.

 

Из воспоминаний М.Г. Поважного:«…Жили, как полагается боевому гарнизону. Каждый день назначались дежурный по полку офицер, дневальные по ротам, дежурная рота. Выставлялись секреты, на выходах из каменоломен - караулы.

 

Трудно описать словами всё то, что довелось пережить. Когда кончились последние продукты и голод стал терзать с каждым днём всё сильнее, в пищу пошли шкуры и копыта лошадей. Заедали вши. Трупы погибших товарищей, похороненных тут же, разлагались. Воздух был тяжелым. Немцы продолжали газовые атаки…»
В тяжелейших условиях личный состав полка выработал, как говорит М.Г. Поважный – «свои приёмы борьбы». Научились бороться с газами и задымлениями, но всё чаще бойцов «валили с ног голод, жажда, усталость, газы, тяжелый воздух подземелья…»
Последним убежищем в последних числах октября 1942 г. в катакомбах были две каменные комнатки, в которых в начале обороны размещался штаб. Очевидно, предатель вспомнил об этих комнатах и привёл сюда немцев. «Как мы ни скрывались, фашисты обнаружили и схватили нас – последних безоружных защитников Малых каменоломен».

 

О подвиге сражавшихся в Малых Аджимушкайских каменоломнях мы знаем из легендарного дневника Александра Клабукова.

«10.7.42…Тов. Поважный приобрел себе дочку Светланочку. Светланочка осталась без родителей. Ее родители еще числа 20 мая ушли из катакомб за продуктами и не вернулись: убиты или у немцев. Девчонка не по летам очень умная… Понимает с полуслова. Ей дали сухарик, она спрашивает: «Дядя, это на сегодня или вообще?» Насколько расчетлива! Если бы ей сказали вообще, то, конечно, она его сразу не скушала бы, а растянула бы дня на два, на три. Комполка Поважный, если выйдет из катакомб и сохранит ей жизнь, счастливец».

Судьба обошлась очень жестоко со всеми кого горячо любил Михаил Григорьевич и эти раны добавились к фронтовым: незадолго перед войной в пожаре погибли его первенцы-близнецы и в последующем так крепкой семьи и не создалось; Светланочка Тютюнникова умерла в каменоломнях (хотя Михаил вспоминает, что «после войны она жила в Керчи и часто приходила к отцу»), да и у любимого сына Миши судьба сложилась незавидная… сына фронтовика прошедшего через плен, лагеря немецкие и сталинские… подозрения и унижения.
А вообще - был он веселым, хлебосольным человеком. Очень любил принимать гостей. Любимым праздником был Новый год. 9 мая для М.Г. Поважного – это святое! Самый главный праздник, на который съезжались все друзья и соратники. Это то, ради чего он все Это пережил. Из ветеранов, после войны, он встречался часто с Л.Т. Карацубой, с Титовым – участником Эльтигенского десанта, И.А. Киселевым и многими другими товарищами. М.Г. Поважный до конца своих дней был боевым членом Керченской ветеранской организации.

 

Сегодня его награды и воспоминания хранятся в Киевском центральном музее Великой Отечественной войны. Умер М.Г. Поважный от саркомы желудка в Керченской онкологической больнице.

 

Завещанием звучат сегодня слова Аджимушкайца Н.Д. Немцова. Слова Памяти нашей:

«Молодой и старый! Если у тебя чистая совесть и доброе сердце, если ты с добрыми побуждениями и бескорыстным чувством захочешь узнать правду о людях и о событиях тех далеких дней 1942 г., доверься священным камням Аджимушкая, прислонись к их могучим и добрым с шершавинкой стенам, и они поведают тебе о боевой юности, верной дружбе и беспредельной преданности Родине и воинскому долгу»
.

 

Руководитель студенческого клуба им. П. М. Ягунова
Керченского политехнического колледжа
В.А. Некрасов

Если вы увидели опечатку в тексте самой статьи, то выделите её и нажмите Ctrl+Enter.

Приглашаем посетить большой мебельный центр «Максимум»