Новая стоматология в центре города

Рекламодатель ИП Гайдай В.А.

Тысячи метров подземных ходов связывают Аджимушкай в Керчи с Бондаренково 

Тысячи метров подземных ходов связывают Аджимушкай с Бондаренково. На сегодняшний день это самые неизведанные, и, на наш взгяд, самые опасные каменоломни. «Шахтное поле вытянуто с востока на запад, оно начинается к северо-западу от Аджимушкая и длится до западной окраины Бондаренково. Открыто 11 горных выработок, пять из которых имеют длину более 1000 м», - так пишет про них Википедия.

Это одни из самых необследованных каменоломен в окрестностях Керчи. Недаром сюда не водят экскурсии.  После того, как недалеко от спортивной площадки образовался карстовый провал, понятно, что многие дома в самом селе стоят на каменоломнях.


Редакция Керчь.ФМ смогла спуститься под землю в многочисленные ходы. В провалах видны глубокие ходы глубоко под землю. Грунт и порода здесь очень мягкие, поэтому своды не выдерживают и весь пласт, включая то, что на поверхности, проваливается в пустоту. Таких опасных мест здесь много. Под землей местами видны участки, где просачивается вода, хотя дождей давно не было. В будущем это место имеет шанс стать следующим провалом.

Ближе к улице Бондаренко за строениями овраг, из которого видно, что выработка велась прямо под зданиями. Проходы не длинные, везде видны следы пил. Здесь они не такие длинные, как в Ак-Монайских. Возможно, камень пилили местные «под себя».


У Бондаренковских каменоломен своя военная история. Там также, как в Аджимушкае, сражались люди, в том числе остатки медико-санитарного батальона. Командовал   подземным гарнизоном лейтенант Михаил Викентьевич  Светлосанов.


Подробно о Бондаренковских каменоломнях в период войны описано на портале https://military.wikireading.ru

«Сравнительно недавно стало известно о подробностях борьбы группы советских воинов, сражавшихся в Булганакских каменоломнях, которые находятся примерно в трех километрах северо-западнее Аджимушкай. Этот небольшой гарнизон (там было немногим более 100 человек) возглавлял лейтенант Светлосанов М. В. Перед самой войной он закончил Севастопольское зенитное училище, на Крымском фронте воевал командиром батареи 510-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона. Военным комиссаром этого подземного гарнизона был старший политрук Гогитидзе Валерий Сафронович, который до этого в этом дивизионе исполнял обязанности секретаря партбюро. Известно, что он родился в 1910 г. в районе Самтрети. Семья проживала в Кабулетти. В Тбилиси найдена его дочь Поли и сын Реваз. Бывший работник штаба этого дивизиона Лысых Г. С., проживавший в Киеве, рассказал: "Во время немецкого наступления налеты авиации на батареи нашего дивизиона резко усилились. Вышли из строя командир дивизиона майор Таламбури, военком Чергинец. Таяли силы дивизиона. 16 мая танки фашистов обошли остатки наших батарей. Связь их со штабом была прервана".


Остатки дивизиона укрылись в ближайших Булганакских каменоломнях, которые были глубже Аджимушкайских и имели мало выходов. К зенитчикам примкнули воины и из других частей. В августе 1975 г. мне удалось встретиться в Ялте с бывшим сержантом 384-го стрелкового полка 77-й горно-стрелковой дивизии Борисом Николаевичем Устрицким. Он мне рассказал: "С группой бойцов я отступал из района Ак-Монай. Оказавшись в селе Булганак, я видел, что нас обходят немецкие танки. Около местных каменоломен я заметил группу бойцов, они носили под землю боеприпасы, оружие, ящики и мешки с продовольствием. Я понял, что создается партизанский отряд, и решил присоединиться к нему. Я хорошо запомнил командира отряда Светлосанова. Позже, в каменоломнях, часто его видел. Он постоянно проверял оборонительные точки и посты, часто разговаривал с бойцами. Помню хорошо и комиссара-грузина, но фамилию его забыл, врача Макогона и некоторых других. Первое время фашисты боялись подходить к каменоломням, но потом осмелели. Они пытались проникнуть под землю, но были встречены дружным ружейно-пулеметным огнем. Понеся потери, враги отказались от штурма и перешли к осаде. Они начали заваливать выходы камнями и мусором, подтянули сюда войска.

Светлосанов приказал тщательно обследовать каменоломни, искать новые выходы. Через некоторое время один из бойцов доложил, что найден почти вертикальный ход в верхний ярус каменоломен. Посланная туда разведка обнаружила "на верхнем этаже" наших людей. Их было примерно 20 человек. Это были двое врачей и раненые, остатки госпиталя, который не успел эвакуироваться. Так у врача Макогона появились помощники и новые раненые. С ними было 7–8 девушек, как мы узнали от них, перед немецким наступлением они работали в какой-то армейской прачечной, помню одну из них из Краснодара, с улицы Седина, звали Галей. В этой группе оказались и два мальчика 13–15 лет. Над ними взял шефство комиссар. Запомнился еще командир взвода Елкин и старшина Губа.


Через несколько дней был найден узкий проход в соседнюю шахту, но там оказались фашисты. Начался бой, ориентировались по вспышкам от выстрелов, взрывов гранат, по голосам и другим звукам. Решили отойти обратно и забаррикадировали за собой выход. Потекла жизнь в осаде. Тяжело было с водой, ее собирали со стен и потолка. Была установлена твердая норма: приблизительно 200 гр. воды на человека. Питались два раза в день. Это была перловая каша, сваренная на комбижире и воде. Кроме того, каждый боец получал кусок лепешки, испеченной в каменоломнях. Командование поддерживало дисциплину, настроение у бойцов было бодрое".


Пошел первый месяц обороны. М. Светлосанов понимал, что в этой обстановке активную борьбу с фашистами вести нельзя. Посоветовавшись с комиссаром, они решили увести отряд в крымские леса. Это была трудная задача, но другого выхода не было. Стали разбирать главный выход, засыпанный фашистами. Через несколько часов работы был сделан небольшой лаз. Была ночь. Один из борцов вылез из подземелья и только что-то хотел сказать своим товарищам, как его срезала пулеметная очередь. Операция сорвалась, стало ясно, что все выходы фашисты тщательно охраняют.


М. Светлосанов приказал пробивать тоннель вдали от выходов. В одном из подземных залов верхней галереи, где был каменный свод в виде купола, стали строить каменную насыпь и на ней соорудили лестницу. Началось строительство вертикального колодца снизу вверх. Это была изнурительная работа. Примерно через неделю увидели долгожданный дневной свет. Расширив лаз, Светлосанов осторожно выглянул. Фашистов вблизи не было, в 2–3 метрах проходила дорога. Решили на разведку послать подростков. Ребята незаметно вышли на поверхность, сходили в село и узнали обстановку. В с. Булганак стояла какая-то немецкая артиллерийская часть (это был артиллерийский полк 46-й пехотной дивизии), фашисты несли охрану выходов из каменоломен и вели какие-то земляные работы. Уже позже стало известно, что они долбили шурфы для подрыва каменоломен, но, пожалуй, самыми важными были сведения о борьбе подземного гарнизона в Аджимушкайских каменоломнях. Быстро созрело решение: всем выбраться на поверхность через вырытый лаз и с боем прорваться на соединение о аджимушкайцами. Отряд стал готовиться к переходу и бою. Для переноса раненых готовили носилки, распределяли оставшееся продовольствие, боеприпасы. На подготовку к операции решили отвести сутки. Но операция снова сорвалась. Случилось совершенно непредвиденное обстоятельство. На другой день к вечеру, когда отряд уже подготовился к выходу, в вырытый и замаскированный лаз ввалилась немецкая походная кухня. Трудно сказать, почему фашисты ехали не по дороге, а вдоль нее. Сначала гитлеровский повар ничего не понял и пытался кухню вытащить из ямы. Но кухня проваливалась все больше и больше. Прибывшие на помощь фашисты увидели наконец-то свежий лаз, стали в него бросать гранаты, дымовые шашки…


Силы бойцов были на исходе. Недостаток питания, воды, света, чистого воздуха пагубно действовал на людей. Умирали раненые, больные, здоровые с трудом передвигали ноги. Командир и комиссар решили организовать собрание личного состава, на котором решить, что делать дальше. Решили беспартийным выйти из каменоломен и сдаться в плен и тем самым сохранить жизнь себе, ибо запасы продовольствия таяли с каждым днем. Выходили без оружия. Комиссар напутствовал: "Из лагеря бегите и пробивайтесь в леса Крыма, к партизанам". Дней через 25 в керченском лагере прошел слух, что фашисты взяли в плен оставшихся товарищей. Говорили, что между оставшимися в каменоломнях начались ссоры и что командир и комиссар застрелились или были убиты. Расстрелял себя и свою жену врач Макогон, они были евреями и в плен решили не сдаваться.


Через Главное управление кадров Министерства обороны я сумел найти сведения о Светлосанове. Там он числился старшим лейтенантом, звали его Михаилом Викентьевичем, родился он в 1916 г. в Вологде, окончил 7 классов, работал слесарем в мастерской по ремонту велосипедов, увлекался велосипедным спортом, после решил стать военным, училище в Севастополе закончил в июне 1941 г. В г. Вологде мне удалось найти его сестру Антонину Никитюк, а в г. Дзержинске Горьковской области — вторую сестру Веру Голубеву. О военном враче 3 ранга. Макогон Олеге Андриановиче стало известно, что он родился 15.08.1914 г. в Киеве, в 1941 г. закончил в г. Куйбышеве Военно-медицинскую академию, жена была тоже врач. В 1941 г. был назначен врачом 510-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона, пропал без вести на Крымском фронте. Кировоградский областной военкомат мне сообщил, что за него пенсию получала А. Ф. Лащевская. Очевидно, это была его мать, была у него еще сводная сестра Лащевская Антонина Федосеевна, которая проживала в с. Нерубайка Ново-Архангельского района Кировоградской области. Была еще дочь Таня.

На публикации в газетах откликнулся старший лейтенант медслужбы Гуссейнов Мехбала Нуралиевич, он был на Крымском фронте зубным врачом 396-й стрелковой дивизии и, как Устрицкий Б. Н., тоже попал случайно в Булганакские каменоломни. Он был пленен с первой группой в середине июля, после освобождения из плена 20.02.1943 г. был осужден на 10 лет по статье 58–1 "б". Позже возвратился на родину в г. Куба Азербайджанской ССР, где стал работать по специальности. Благодаря Устрицкому Б. Н. и Гуссейнову М. Н. стали известны подробности обороны Булганакских каменоломен. В 80-х гг. поисковикам из Одессы при обследовании этих каменоломен удалось найти "смертник".[235] Он принадлежал Гогитидзе, что подтвердило его гибель в каменоломнях.

   



Служба новостей Керчь.ФМ

Если вы увидели опечатку в тексте самой статьи, то выделите её и нажмите Ctrl+Enter.

В магазине

Рекламодатель ИП Лунев В.В.

Рекламодатель: Бережной А.Г.

Фабрика натяжных потолков «Виктория»